Главная


СЕРДЦЕ

Сердце - средоточие внутренней жизни

Сердце - начало и корень всех наших деяний. Что ни делаем внутри И вне нас, делаем сердцем - или добро, или зло. Сердцем веруем или не веруем; сердцем любим или ненавидим; сердцем смиряемся или гордимся; сердцем терпим или ропщем, сердцем прощаем или озлобляемся; сердцем примиряемся или враждуем, сердцем обращаемся к Богу или отвращаемся от Него; сердцем приближаемся, приходим к Богу или отходим и удаляемся... Следовательно, чего на сердце нет, того нет вообще. Вера - не вера, любовь - не любовь, если их нет в сердце, это одно лицемерие; смирение - не смирение, но притворство, когда не в сердце; дружба - не дружба, но горшая вражда, когда только вовне проявляется, а в сердце не имеет места. Поэтому Бог требует нашего сердца: "Сын мой! Отдай сердце твое мне" (Притч. 23, 26) (104, 1672-1673).

Сердце, а не язык есть место и седалище духовной мудрости (104, 1682).

Сердце здесь подразумевается не естественное, поскольку оно есть начало жизни человеческой, как рассуждают философы, но иносказательно, как внутреннее человеческое состояние, расположение и склонности. Так надо понимать эти апостольские слова: "сердцем веруют к праведности" (Рим. 10, 10) и слова пророка: "Сказал безумец в сердце своем: "нет Бога" (Пс. 13, 1). Естественное сердце, поскольку это начало жизни человеческой, у всех одинаково, то есть у добрых и злых, как и прочие естественные члены, но иносказательно понимаемое - не одинаково, но у иного доброе, у иного злое (104, 1682-1683).

Вся сила христианской жизни состоит в исправлении и обновлении сердца (104, 1686).

Покаяние состоит в перемене сердца (104, 1692).

Молитва должна быть в сердце (104, 1694).

Сердце веселится от плача духовного (104, 1694).

В сердцах через слово Божие действует Святой Дух (104, 1694).

Верою вселяется в сердце благодать (104, 1697).

Вера в сердце, что светильник в доме (104, 1697).

Благодать Святого Духа пишет на сердцах верующих закон жизни по Евангелию (104, 1672).

Любовь входит в сердце, очищенное покаянием (104, 1698).

Чем ближе приходит Бог со Своим светом и дарованиями к благочестивому сердцу, тем более оно познает свое ничтожество (104, 1700).

Сердце скрывает гнев или кротость - это обнаруживает обида (104, 1707).

Благость Божия в сердце человека чувствуется сильнее после искушения (104, 1707).

Если человек не обратился, всем сердцем к Богу, то молитва ему не принесет успеха (104, 1708).

Видишь, что на земле, хотя и сеется на ней семя, ничего не прорастает, если нет влаги. Так и в сердце человеческом: хотя оно и слышит Слово Божие, но не прорастает плод, достойный слова Божия, если не будет влаги Божией благодати. Потому нам повелевается так усердно об этом молиться: "Просите... ищите... стучите",- говорит Господь (Мф. 7, 7). Это убеждает нас усердно молиться Богу, просить у Него благодати, чтобы мы ушами слышали слово Его, и сердцем творили. Без этого мы ни в чем не преуспеем, столь глубоко растленное имеем сердце. И, слыша слово Божие, не можем понять его и погрузить в сердце, а поняв, не можем исполнить, так что во всякую минуту нуждаемся в благодати Божией, содействующей нам в благочестии. Святитель Тихон Задонский (104, 1709-1710).

Сердце, ожив ощущением своим для Бога и для всего, что принадлежит Богу, умирает для мира, умирает для всего, что враждебно Богу и что чуждо Бога. В этой смерти - жизнь, и в гибели этой - спасение (109, 327).

Если ум твой и сердце ничем не исписаны, пусть Истина и Дух напишут на них заповеди Божии и Его духовное учение (108, 115).

Какое направление примут силы сердца, в такое направление устремляются силы тела. И преобразуется влечение тела сообразно влечению сердца - из плотского и скотоподобного в духовное, святое, ангелоподобное (111, 243).

Когда сердце вкусит сладость духовную, тогда только оно может оторваться от услаждения плотской сластью: без наслаждения оно быть не может (111, 413).

Сердце тогда только может наслаждаться блаженным миром, когда оно пребывает в Евангельских заповедях, когда пребывает в них с самоотвержением. Епископ Игнатий (Брянчанинов) (111, 504).

"Всевышний не в рукотворенных храмах живет"
(Деян. 7, 48)

Святой Стефан говорит: "Всевышний не в рукотворенных храмах живет... какой дом созиждете Мне, говорит Господь, или какое место для покоя Моего?" (Деян. 7, 48-49). Только нерукотворенный храм сердца вмещает Бога, как сказал Господь: "Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его; и мы придем к нему и обитель у него сотворим (Ин. 14, 23). Как это совершается - непостижимо для нас; но так оно есть, ибо бывает очевидно, что тогда "Бог производит" в нас "и хотение и действие" (Флп. 2, 13). Не рассуждай и только отдай Господу сердце свое, а Он Сам устроит из него храм Себе, но отдай нераздельно. Если будут части неотданные, то из него нельзя будет устроить цельного храма, ибо одно будет гнило, другое разбито, и выйдет, если только выйдет, храм с дырами, или без крыши, или без дверей. А в таком жить нельзя - Господа в нем и не будет. Только казаться будет, что это храм, а на самом деле какое-то нагромождение. Епископ Феофан Затворник (107, 117-118).

Почему священномученика Игнатия называют Богоносцем? Говорят, вот почему. Когда Господь, еще живя на земле и уча людей, сказал: "Пустите детей приходить ко Мне" (Мк. 10, 14), в народе случайно были родители Игнатия вместе с мальчиком, который уже начинал ходить. Господь, призвав его к себе, поставил посередине и, взяв его на руки и обняв его, сказал: "Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное" (Мф. 18, 3). Потому-то и был святой Игнатий назван потом Богоносцем, что был носим руками воплоденного Бога. Но не менее и потому он был назван Богоносцем, что носил Бога своем сердце. Когда мучители бросили его на съедение зверям за Христа, то спросили, почему у него на устах всегда имя Христово? Святой ответил: "Это имя у меня написано в сердце, и устами я исповедую Того, Кого всегда ношу в сердце". После, когда святой был съеден зверями, то по Божию изволению сердце его сохранилось. Неверные, найдя его и вспомнив слова святого, разрезали это сердце пополам, желая узнать, правду ли он говорил, и нашли, что внутри на обеих сторонах разрезанного сердца золотыми буквами было написано: "Иисус Христос". Таким образом, святой Игнатий и по имени, и самым делом оказался Богоносцем, поскольку носил в сердце своем Христа Бога.
Мы же, возвращаясь к беседе, скажем про себя: вот где любит насаждаться мысленная лоза - Христос: в сердцах Своих верных рабов, истинно любящих Его. Пусть же каждый посмотрит в свое сердце - найдет ли в нем Христа? О сердце христианское, сердце строптивое, развращенное, ожесточенное и окаменелое! Есть ли в тебе Бог, носишь ли в себе Бога? Насаждается ли в тебе истинная виноградная лоза - Христос? Не больше ли ты рождаешь непотребное, смрадное и вредное зелье злых помышлений, о которых говорит Сам Господь: "Из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния... кражи"? (Мф. 15, 19).
Был бы безумцем тот, кто в своем малом саду, из которого он имеет все Свое пропитание, вместо каких-либо необходимых для пропитания плодов насаждал крапиву или терние и такими бесполезными растениями портил бы полезную землю. Не к разумным, но к глупым причисли и того, кто в сердце своем насаждает вместо лозы-Христа репейники страстей и грехолюбия и рождает вместо гроздей терния. Святитель Димитрий Ростовский (103, 448-449).

Как происходит обращение к миру, когда человек сердцем к мирским вещам, то есть к чести, славе, богатству, роскоши и всякой суете, обращается, прилепляется и ищет их, как своего любимого сокровища, так происходит обращение к Богу, когда человек, все то оставив, одного Бога любит, желает сердцем, прилепляется к Нему и ищет Его как высочайшего добра. Ибо что человек познает и признает за свое добро и блаженство, то и любит; что любит, того и желает; чего желает, о том и мыслит всегда; о чем мыслит, того с усердием и ищет. Ищешь ли чести, славы, богатства и прочей суеты в мире сем? Это признак, что ты это за свое добро и блаженство почитаешь и любишь то, и желаешь, и подлинный знак есть, что ты сердцем отвратился от Бога и Создателя твоего и обратился к созданию Его, и почитаешь то более, нежели Создателя. А когда, все то презрев и оставив, ищешь одного Бога, и Его одного желаешь приобрести и иметь - это признак того, что ты Его более всего создания почитаешь, и в Нем свое удовольствие находишь, и крайнее свое добро и блаженство в Нем полагаешь. Так, по слову Христа, где сокровище человека, там и сердце его (Мф. 6, 21), там любовь его, там мысль его, там желания его; о том думает, заботится, того ищет и о том говорит. Кто честь, богатство и славу мира сего и все в нем содержащееся считает сокровищем, в том у него и сердце со своим желанием и любовью. Кому один Бог - сокровище, тот к Нему одному и прилепляется (104, 1675-1676).

Сердце, в котором живет любовь, раздвоено быть не может, но или к тому, или к другому прилепляется, и противоположное одновременно любить не может, но непременно одно оставив, к другому прилепляется, как говорит Христос: "Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть" (Мф. 6, 24). Мир противоположен Христу, и кто любит Христа, тот не любит мира, по учению апостола: "Не любите мира, ни того, что в мире" (1 Ин. 2, 15) (104, 1681).

Сердцем христианин должен стремиться к Небу, так как он небесный гражданин (104, 1682).

Сердце человеческое никаким временным благополучием удовольствоваться не может. Чем больше богатство, слава, честь, тем больше растет желание богатства, славы, чести. А где желание и забота, там беспокойство и мятеж. Но в блаженной вечности кончится всякое желание, ибо там совершенное блаженство. Там слава, честь выше подняться не могут, там богатство не растет, там здоровье, мир, покой, мудрость не умножаются, ибо там - высочайшее Добро, которое есть Бог. Там всякий доволен своим жребием. Насыщусь, говорит пророк, когда "буду взирать на лице Твое" (Пс. 16, 15) (104, 1683).

Очистим дома сердец наших истинным покаянием и освободим их от различных попечений и прихотей мира сего, да услышим пресладкий голос Его при дверях наших и отворим двери Ему; и так войдет к нам этот преславный Гость. Господи, сладчайший Иисусе, Пастырь и Посетитель душ наших! Не минуй и меня, нищего и убогого раба Твоего, но по человеколюбию Твоему посети смиренную мою душу; посети того грешника, ради которого пролил Твою 'Честную Кровь и крестную смерть претерпел. "Готово сердце мое. Боже, готово сердце мое (Пс. 56, 8) (104, 1683-1684).

"Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною" (Апок. 3, 20). Стоит этот святой Гость, Который ради нас благоволил странствовать на земле, стоит и стучит в двери сердец наших и хочет войти к нам, за которых Святую Кровь Свою пролил. Но кто отворяет Ему двери в дом свой? Кто слышит голос Его?.. Несомненно, тот, кто слову Его повинуется, перестает грешить, кается и сердечно сокрушается о содеянных грехах и содержит себя в истинном покаянии, как выше говорит об этом Христос: "Будь ревностен и покайся" (Апок. 3, 19). К тому Он входит и вечеряет с ним, то есть утешает его истинным и живым утешением. То же и в другом месте говорит: "Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим" (Ин. 14, 23). А где Отец и Сын, там и Святой Дух; где Бог живет, там Царствие Божие, там утешение и радость, живая и истинная. Ибо благодатное Божие присутствие без "мира и радости" (Рим. 14, 17) не бывает (104, 1684-1685).

Ни к чему в этом мире, то есть ни к богатству, ни чести, ни славе, ни прочим мирским сокровищам не надо прилагаться сердцем, но всегда взирать на будущие и вечные блага, о них размышлять, их желать и ими утешаться: "О горнем помышляйте, а не о земном", как учит апостол (Кол. 3, 2), ищите вышнего, где Христос сидит одесную Бога, ибо живая вера приходит с неба и потому верную душу пробуждает и подвигает к небу. И верная душа видит, что в этом мире она в пути и странствии, и потому "не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего", которого художник и строитель Бог" (Евр. 13, 14; 11, 10) (104, 1689-1690). Сердце человеческое есть сосуд, исполненный нечистотой и смрадом похотей. Возлюбленный христианин! постараемся этот внутренний сосуд очистить, тогда и внешние дела наши будут угодны Богу. Великое обещал нам Бог: Он обещал Сам в сердцах наших жить: "Вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, и они будут Моим народом" (2 Кор. 6, 16; Лев. 26, 12). Нет и не может быть большего, более драгоценного, приятного и желанного сокровища, чем иметь внутри себя живущего Бога, и нет большей чести человеку, чем быть храмом Божиим! Бог живет в чистой душе, как в Своем благоприятном храме, и приятнее Ему обитать в чистой душе, чем в рукотворенных храмах: поскольку в душе есть образ Божий. Очистим же и мы сердца наши, о христиане, да и в нас явится образ Божий, прекрасное душ наших совершенство, и так будем храмом нашего Бога. Святитель Тихон Задонский (104, 1691-1692).

То сердце, в котором движется одно добро, есть сердце чистое, способное к Боговидению. "Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят" (Мф. 5, 8) (108, 522).

Наше сердце - гроб, было сердце храмом, сделалось гробом. В него .входит Христос посредством Таинства Крещения, чтобы обитать в нас. Мы отнимаем у Христа возможность действовать, оживляя нашего ветхого человека... Христос, введенный Крещением, продолжает пребывать в нас, но как бы изъязвленный и умерщвленный нашим поведением. Нерукотворенный храм Божий превращается в тесный и темный гроб (111, 151).

...Господь приходит в сердце исполнителя заповедей, соделывает сердце храмом и жилищем Божиим (112, 33).

Когда ум и сердце сделаются обителью Бога... тогда естественно делаются Его обителью и душа, и тело... Епископ Игнатий (Брянчанинов) (112, 364).

"Господь смотрит на сердце"
(1 Цар. 16, 7)

Сердце есть жертвенник, на котором приносится Богу благоугодная жертва. Святитель Тихон Задонский (104, 1680).

"И сказал Каин Господу: наказание мое больше, нежели снести можно" (Быт. 4, 13). Можно ли было так говорить пред лицом Бога, строгого, конечно, в правде, но и всегда готового миловать искренне кающегося? Зависть помрачила здравые понятия, обдуманное преступление ожесточило сердце - и вот Каин грубо отвечает Самому Богу: "Разве я сторож брату моему?" (Быт. 4, 9). Бог хочет умягчить его каменное сердце молотом строгого суда Своего, а он не поддается и, замкнувшись в своем огрубении, предается той участи, какую приготовил себе завистью и убийством. То дивно, что после того он жил, как и все, имел детей, устраивал семейный быт и житейские отношения, печать же отвержения и отчаяния все лежала на нем. Стало быть, это дело внутреннее, которое совершается в совести, из сознания своих отношений к Богу, под действием тяготящих ее дел, страстей и греховных навыков. Да внемлют этому в особенности теперь! Но вместе да воскресят веру, что нет греха, побеждающего милосердие Божие, хотя на умягчение сердца, конечно, потребуются и время, и труд. Но ведь - или спасение, или погибель! Епископ Феофан Затворник (107, 60-61).

Видишь два яблока, извне равно красивые и приятные, но внутри не одинаковые - одно внутри гнилое и смрадное, другое такое же, как и извне. Разумей, что так бывает и в делах человеческих. У многих дела извне кажутся равно похвальными, но внутри различаются, ибо не от одинакового сердца и исходят намерения... Например, один дает милостыню ради любви Божией и ближнего, другой ради самолюбия и тщеславия: этот тщеславен и самолюбив, а первый истинно милостив. Один у оскорбленного просит прощения, жалея, что ближнего опечалил, а другой также просит прощения у обиженного, но ради того просит, чтобы на него не искал суда, и так не причинил бы ему беды; этот страдает самолюбием, а первый истинно любит брата... Так и в прочем могут быть равны внешние дела человеческие, но внутри, в сердце, не равны. Мы их, по мнению нашему, считаем равными, ибо только на внешнее смотрим; но Бог, Который видит и испытывает глубину сердца, судит иначе, как говорит Господь Самуилу, когда тот пришел в Вифлеем помазать одного из сынов Иессеевых на царство и хотел совершить это над Елиавом: "Не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его; Я смотрю не так, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце" (1 Цар. 16, 7). Этот пример и рассуждение учат тебя тому, чтобы твои дела, которые извне кажутся похвальными, и внутри, в сердце, были добрыми, и всякое внешнее доброе дело исходило от доброго сердца, если хочешь угождать Богу (104, 1677-1678).

Сердце человеческое пусто быть не может, но непременно занято или враждой, или любовью к какой-нибудь вещи. Если враждой занято, такие и плоды приносит: ссоры, драки, убийства, обиды, злословия, проклятия, ложь, обманы, клевету, осуждение, презрение, уничижение, насмешки и прочее, тому подобное. А если любовь живет в сердце, оно являет и плоды любви, приятные как чистейшим очам Божиим, так и благоразумным людям (104, 1680).

Сердце подобно сосуду. Полный сосуд, наполненный водой или чем другим, ничего иного в себе не вмещает. Напротив, сосуд пустой удобен к восприятию всего. Поэтому люди освобождают сосуд, когда что другое хотят в него влить или положить. Так и сердце человеческое: когда свободно и не имеет в себе мирских и плотских прихотей, удобно к восприятию любви Божией, а когда наполнено любовью мира сего и плотскими похотями и греховными пристрастиями, тогда любовь Божия в него вместиться не может. Сребролюбием, самолюбием, славолюбием, гневом и памятозлобием, завистью, гордостью и прочими беззаконными пристрастиями исполненное сердце как может вместить в себя любовь Божию? "Что общего у света с тьмою?" (2 Кор. 6, 14)? Святитель Тихон Задонский (104, 1673).

"Больше всего хранимого храни сердце твое, потому что из него источники жизни"
(Притч. 4, 23)

"Слушай, сын мой, и будь мудр, и направляй сердце твое на прямой путь" (Притч. 23, 19). Из сердца непрестанно исходят помышления - иногда добрые, а больше злые. Злым совсем не нужно следовать. Но и добрые не всегда должно исполнять: бывает, что и добрые сами по себе помышления неуместны на деле по обстоятельствам. Вот почему и предписывается внимать себе, смотреть за всем исходящим из сердца - и злое отвергать, и доброе обсуждать, и исполнять только то, что окажется истинно добрым. Но лучше бы всего совсем заключить сердце, чтобы из него не выходило и в него не входило ничего без разрешения ума, чтобы ум во всем предшествовал, определяя движения сердца. Но таким бывает ум только тогда, когда он есть ум Христов. Стало быть, умно-сердечно сочетайся со Христом - и будет внутри тебя все исправно. Епископ Феофан Затворник (107, 90-91).

Правое сердце боится Бога, а неправое страха Божия не имеет. Правое сердце Богу и Его святой воле следует, а неправое - своей злой воле и своим прихотям. Правое сердце бережется от всякого греха, а неправое сердце об этом нерадит. Правое сердце смиряется и смиренномудрствует, но неправое возносится и высокомудрствует... Правое сердце всякого человека любит и своей любви и от ненавидящих его не отнимает, но неправое сердце только любящих его любит, а часто и тех ненавидит... Правое сердце что на языке имеет и говорит словом, то и внутри себя имеет, то и мыслит, а неправое сердце иное говорит, иное мыслит, иное на языке, иное внутри себя имеет... Правое сердце за все, что ни получает от Бога, благодарит Его, а неправое всякое Божие благодеяние забывает (104, 1674).

Когда человек отречется от злонравия своего и внутреннее свое состояние исправит, тогда и внешние его дела, слова и начинания будут исправны: руки не будут делать плохого, язык не будет говорить плохого, ноги не будут ходить на плохое, уши слышать, глаза смотреть плохого не будут, ибо воля не будет хотеть плохого, но всего доброго. И так доброе согласие будет между сердцем, или внутренним состоянием, и внешними членами и деяниями их. От сердца всякое дело и слово зависит: от правого и доброго сердца правое и доброе дело и слово бывают. Так от чистого колодца текут чистые ручьи; так хорошие гусли издают хороший звук; так добрый колокол хорошо звонит; так сосуд с ароматами приятно пахнет; так, по словам Господа, "дерево доброе приносит и плоды добрые" (Мф. 7, 17) (104, 1686-1687).

Чтобы войти в Царство Небесное, нужно переменить сердце (104, 1688).

Сердце нуждается в пожизненном подвиге очищения (104, 1688).

Говорят: "Сердце мое от него отвращается". А ты свое сердце верой и любовью Христовой побеждай и убеждай и делай не то, чего хочет сердце, но что вера твоя и заповедь Христова требует от тебя. Христос велит, любящий тебя велит, этого вечная правда требует, это воле Его святой угодно, тебе полезно, хотя плотское сердце, мысль и слепой разум хотят противоположного. Следовательно, так надо делать, как Он хочет, и не как наша страстная плоть, если хочет любить Его. В том и состоит наш христианский подвиг, чтобы делать не то, что наша слепая плоть хочет, но чего требует заповедь Божия. Святитель Тихон Задонский (104, 1698).

Не позволяй сердцу твоему стать непотребным, питая в нем злые помышления. Постарайся сделать его благим: взыщи благости и мира, стремись совершать все святые добродетели. Преподобный Антоний Великий (82, 25).

Брат сказал авве Сисою: "Намереваюсь хранить мое сердце". Старец отвечал ему: "Как можем охранять наше сердце, когда язык наш подобен открытым дверям". Преподобный Сисой Великий (82, 350).

Сердце наше, обреченное по падении на прозябание терния и волчцов, особенно способно к гордости, если оно не будет возделано скорбями (112, 132).

Как земля по причине поразившего ее проклятия не перестает сама собой производить волчцы и терния из поврежденного естества своего, так и сердце, отравленное грехом, не перестает рождать из себя, из своего поврежденного естества, греховные ощущения и помышления (112, 271).

При возделывании сердца заповедями из него извлекаются наружу самые основные помышления и ощущения, от которых произрастает всякого рода грех, и, таким образом, при постоянном и постепенном обнаружении, мало-помалу истребляются (112, 148-149).

Слепотой поражены наши ум и сердце... Ум не может отличать истинных помыслов от ложных, а сердце не может отличать ощущений духовных от ощущений душевных и греховных... (110, 54).

Обличает лукавых духов сердце: ум недостаточен для этого, ему не отличить одними собственными силами образы истины от образов лжи... (110, 59).

Сердечные чувства, которые окаменил смертный грех... становятся стеной, не допускающей Слову Божию действовать на сердце (112, 416).

Сердце, возделанное скорбями, напоенное уничижением, особенно способно к возвышенной добродетели. Епископ Игнатий (Брянчанинов) (112, 442).

Соединение ума с сердцем при молитве совершает Божия благодать

Разьединение ума с сердцем, противодействие их друг другу произошли от нашего падения в грех (112, 115).

Ум, заключаясь в слова молитвы, привлекает сердце в сочувствие себе (109, 163).

Вниманию ума при молитве начинает весьма скоро сочувствовать сердце. Сочувствие сердца уму мало-помалу начнет переходить в соединение ума с сердцем (112, 115).

Истинное благодатное внимание является от умерщвления сердца для мира (112, 115).

Соединение ума с сердцем при молитве совершает Божия благодать в свое время, определяемое Богом (112, 114).

...Неопределенное указание в отеческих писаниях на сердце послужило причиной важного недоумения и ошибочного упражнения молитвой... (109, 298-299).

Читая у отцов о сердечном месте, которое обретает ум молитвой, надо понимать словесную силу сердца, помещенную Творцом в верхней части сердца... (112, 115, 116).

(Сердечное место) это - словесная сила или дух человека, присутствующий в верхней части сердца, против левого сосца, подобно тому как ум присутствует в головном мозге (108, 266).

Не ищи сердечного места. Не усиливайся тщетно объяснять себе, что значит сердечное место: удовлетворительно объясняется это одним опытом (108, 274).

Исполнено... гордости и безрассудства желание и стремление сердца насладиться ощущениями святыми, духовными. Божественными, когда оно еще вовсе неспособно для таких наслаждений (108, 245).

Исполнение заповедей, предшествующее соединению ума с сердцем, отличается от исполнения заповедей, последующего соединению. Епископ Игнатий (Брянчанинов) (112, 117).

предыдущий материал оглавление продолжение...



Hosted by uCoz